Аннотация:
Забыт Самохин, забудут Башунова, что вы, ребята, не селитесь возле кремля? Али там не наша земля?

ИНКОГНИТО

  Борис Климычев

   ...ТОЛЬКО КЛИМЫЧЕВ В ДЕРЕВНЕ

   Мне дали на отзыв томскую детскую газету "Штудия". Прочитал прозу и стихи в этом номере газеты. Мне понравились и стихи, и проза. Выделить одних означало бы как-то огорчить других. У всех есть что-то интересное. Я написал для газеты интервью. Я вспоминал свою литературную судьбу и думал - что же главное в стихах, в прозе? Думается - это самобытность. Можно молодому учиться на любимых образцах, но чем раньше в его творениях проглянет незаёмное, тем лучше. Нужно суметь критически посмотреть на созданное тобой. Если ты в восторге от всего, что ты написал, значит, ты уже не двинешься дальше.

   И ещё. Мы живём в области, где всего-то миллион жителей, вместе с грудными детьми, слепыми старцами и теми людьми, которые никогда в жизни не брали и не возьмут в руки книгу. На вечера поэзии, как я заметил, являются обычно те самые люди, которые сами и пишут стихи и прозу.

   Трудно выйти из Томска на всероссийский уровень, для этого надо жить в Москве. Можно, напечататься и в престижных журналах или войти в столичную антологию, как было со мной, и всё равно тебя не заметят, потому как живёшь не в Москве. Там свои круги, тусовки, которые весьма характерно описал Эдуард Лимонов в своём произведении "Книга мёртвых". Он приводит образцы стихов столичных корифеев - смоггистов и прочих "истов". Ей богу, в наших литературных объединениях последние графоманы пишут гораздо интереснее! А те - пожалте - знаменитые!

   Чего же сам-то я в столицу не переехал? В 1938 году моего отца забрало НКВД, В 1941 году он погиб на фронте. Я узнал голод и холод. Работать пошёл в 12 с половиной лет. Служил в армии на Дальнем Востоке, затем восстанавливал Ашхабад после землетрясения. То подвертывалась жестокая болезнь, то несчастная любовь.

   Вернулся в Сибирь. Более 20 лет проработал в деревнях, в сёлах.

  По почте посылать рукописи в столицу почти бесполезно. Грустное слово - "самотёк". На стихи не отвечали, а повести и романы до Москвы просто не доходили, попадая в местный КГБ. Наш Томск ведь в Америке звался Атомском. И в толстенной рукописи специалисты-разведчики, очевидно, искали шифр.

   Став членом СП, руководителем, я и "командирую" наиболее одарённых ребят в столицу. И никто назад не вернулся.

  Наши сибиряки часто находятся как бы в вакууме. На страницах центральных литературных изданий обычно мелькают одни и те же фамилии. Стремятся там кого-то открыть или же, наоборот, закрыть. Однажды я даже стишок написал:

  Вот выдуют

  мыльные там пузыри,

  И критик берется за дело:

  - Глядите-ка, глянец!

  Оттенки зари!

  А как запузырено смело!..

Видимо, нигде в мире нет такой дикой, искусственной централизации литературного процесса, как у нас. И это наследие тоталитарных режимов. Удобно ведь иметь под боком у Кремля, по соседству с карательными и административными органами всех писателей, критиков и т.п. Вот и сгрудились в Москве и руководство Союзов, и все крупнейшие журналы, издательства, радио и телеканалы. И руководят Союзами, журналами, издательствами, понятно, тоже столичные писатели, со всеми вытекающими из этого последствиями.

   Говорят иногда: " Все писатели в столице, только Шолохов в станице", совершенно забывая о том, что в станицу он перебрался после того, как издал в столице книгу, обеспечившую ему славу. То же было и с Виктором Астафьевым, известным он стал, когда учился в Москве, а потом можно было и на родину уехать.

   И вот, потеряв свой шанс, я наших одаренных авторов уговариваю вовремя в центр перебираться.

   Сейчас на высших литературных курсах в Москве учится Дмитрий Федотов. Второй год в столице и - успех! Издательство "Вече" совместно с издательством "Дрофа" выполнило президентский проект "Стотомная библиотека отечественной классики для школьников". В первый двухтомник вошло произведение и нашего Димы.

   Долго мне пришлось уговаривать переехать в столицу томскую поэтессу Ольгу Рычкову. Немало помогал ей, правил немудреные вообще-то стихи, пристраивал в печать. Ехать она боялась. Убеждал: переедешь, и квартира образуется, и знакомства сами собой возникнут. Так и вышло.

   Очень скоро стала выступать на страницах журнала "Знамя" и в газете "Литературная Россия". И что же она, прежде всего, там написала? "В Томске - поэтов нет!". Ну, понятно, раз она из Томска уехала, так и поэтов здесь не стало. По её словам получается, что я не только не помогал ей, но вроде даже и мешал. Оригинально!

   И всё-таки я по-прежнему советую молодым одаренным поэтам ехать в Москву. Езжайте, завоевывайте столицу, становитесь известными, но не задирайте нос, не плюйте через губу на тех, кто остался в Томске. А возможно, кто-то из перебравшихся в столицу ещё и поможет землякам-томичам.

  вторник, 14 июля 2009 г.

ЛИМОН, НО НЕ КИСЛЫЙ

Когда я написал стихи об Эдуарде Лимонове и предложил в один местный коллективный сборник, то их не напечатали

            - Что ты! - сказали мне, Лимонов политически неблагонадежный, к тому же он -гомик.

            Ну да, я помню роман: «Это я, Эдичка». Я читал эту книгу с упоением, ведь в наше время так редко появляются новые по-настоящему талантливые писатели. Я читал и видел, нет это не мыльный пузырь, вроде Битова, которого раздули до колоссальных размеров, того гляди – лопнет, а внутри – пусто. Нет, здесь был живой язык, потрясающие картины американской жизни, трагедия русского выходца с Украины попавшего в американскую буржуазную клоаку. Какой язык! Вот так ярко когда-то показал финн Мартти Ларни попавшего в США своего соотечественника.

И болтовня про гомика – для недоумков. Безызвестному тогда молодому писателю надо было эпатировать публику, чтобы его заметили. И отождествлять самого писателя с его литературным героем могут только люди недалекие. По себе знаю, напишу роман и тотчас обыватели начинают искать: а кто скрывается затем или иным героем?. А это просто жизнь, сконцентрированная в образе.

Если уж говорить о рекламном эпатаже, то можно вспоминать Бориса Моисеева певца и танцора, который чтобы выйти из подтанцовки, создал себе некоторое реноме. А теперь он от него отходит, потому что это просто великолепный эстрадный артист и ничего более.

Книжки Лимонова не так легко найти, но те, что я прочел – это шедевры. Не знаю, какой он политик, но писатель – замечательный.